Эта страшная и смешная игра Red Spetznaz - Александр ВИН

– Ну, думаю, на сегодня всё. Будь постоянно на телефоне, если что-то возникнет непонятное – спрошу.

С облегчением Ян соскочил с края стола.

– Сейчас я пришлю к тебе сюда Серякова. Пообщайся с ним всё-таки.

– Почему бы и не пообщаться…

Глеб рассеянно продолжал листать большой журнал с записями.

Так же мельком, не отрываясь от документов, он хотел сказать ещё что-то, но потом поднялся с кресла, встал рядом и вровень с Яном.

– Не раскисай. И обязательно побрейся. Нечего мать ещё и этим пугать. Я немного бумаги ещё посмотрю, а тебе нечего здесь особо-то рассиживаться, езжай домой. Передай, что я попозже к вам зайду. Любаня когда приедет?

– Звонила, что завтра будет у нас с самого утра. Как только детей отвезёт к мужу на работу, так сразу же и к нам.

Из коридора Дома быта через неплотную фанерную дверь сильно доносились ароматы дешёвых парикмахерских жидкостей.

Всё вокруг него словно остановилось и замерло.

В спокойной тишине уютной комнатёнки капитан Глеб шуршал аккуратно подшитыми листами бумаги, переворачивал их то по одному, то по несколько, закладывал нужные страницы карандашами и ножницами, возвращался иногда к уже просмотренным документам и записям, делал пометки на своём отдельном листе. Улыбался, хмыкал, когда встречал где-то свой почерк.

Он вспоминал, как на одном дыхании, за одну ночь, набросал тогда сценарий игры «RED-SPETZNAZ». Детали проекта пришлось додумывать и уточнять потом ещё долго, несколько месяцев, но основная идея легла на бумагу буквально в считанные часы.

Действительно, фантазия безумная, но каков же был тот уровень безумства!

Пробегая глазами по строчкам, капитан Глеб Никитин словно бы шагал по дням и событиям проекта.

«Та-ак, прибытие в аэропорт, автобус, пивная экскурсия на побережье, прогулка по оборонительным фортам… Нормально. Никофорыч говорил, что такое начало нравится всем, без исключения. … Гостиница, да, оформление…, оставляют в номерах вещи, кто хочет, тот бродит по ночному городу. Обычно одной компанией.

Второй день – начало главной интриги. Погрузка в автобус…, некоторые личности обычно ещё с похмелья, опухшие, заспанные, потом следует инструктаж и обмундирование в казармах. Какие же они все смешные, когда снимают свои пафосные пиджаки и штаны с подтяжками! Стираный камуфляж, кирзачи, обмотки! Пузатые европейские клерки, мясники и фермеры мгновенно становятся грозными российскими солдатиками!».

Невольно он захохотал, нисколько не стесняясь провинциальным вниманием уборщицы, скучно шмыгающей снаружи шваброй под дверью их «конторы».

«Тот англичанин привёз с собой одноразовые гигиенические стельки! И ими же подтирался в лесу после трёх порций жареной картошки с салом! А это? Ну-у…! На стрельбище-то они все Стивены Сигалы! Автомат дёргается в руках, турист орёт от восторга, старшина-контрактник пинает сапогом первого в очереди, чтобы не совал голову под пули…

Следующий пункт: «Выход в море на ракетном катере береговой охраны для перехвата браконьерского рыболовного судна». Правильно, тут уже артисты вовсю у нас стараются. И руки вверх по команде задирают, и свои небритые рожи слезами раскаяния орошают. Особенно рыжий у них хорош! Глазами непокорными на моряков сверкает, челюсть грозно оттопыривает, жесты неприличные пальцами в их сторону активно делает! Будто бы отмщением иностранным туристам грозит! Это классно всегда получается, эффектно. Особенно, если нет дождя на море. Так, это хорошо, дальше что?

…После обеда приезжают к нам на берег морпехи, кувыркаются с ножиками, разбивают поочерёдно почти целый поддон кирпичей о свои славные головы. Это тоже иностранцам всегда интересно. Дальше….

Дальше – вертолёт, полчаса полёта над морем, потом на БТРах по лесу, завал, падают страшные сухие сосны, опять на их пути встают разбойники с рыжим атаманом во главе. Вроде как бы мстят за отнятую рыбу! А ведь действительно замечательно тогда, в первый раз, эта придумка у них прошла!

Четвёртый день, что у нас в там программе? Всё осталось, как и прежде, – пять часов маханья деревянными вёслами! И только после этого – обед. Некоторые басурмане признаются, что они в жизни столько много зараз не работали и не ели!

О-о! Русская баня в лесу и «Vodka party». К этому святому моменту слабаков и закомплексованных парней в команде обычно не остаётся! Как обычно говорит им…, как говорил Никифорыч, размахивая берёзовым веником в парной: «Сегодня я буду здесь вашим психотерапеутом!»….

Потом прощальный ужин их боевого братства… Аэропорт. Мужики прижимают к груди диски с фотографиями, памятные медальоны… Усталые, трубно ревут от счастья и эмоций. Обязательно обнимаются…».

В дверь робко постучали.

Глеб нахмурился.

– Да!

Дверь приоткрылась, но не особенно щедро. Потом ещё немного скрипнула, ещё.…

В кабинет робко продвинулся высокий розовощёкий старшеклассник. Пёстренькая немаркая рубашка, застёгнутая на все пуговицы, радовала глаз.

– Это я. Можно?

– Кто – «я»?

– Я – Боря. По делу, вот, к вам… пришёл. Можно к вам? По делу…

– Проходи, прелестное создание! Располагайся.

Капитан Глеб Никитин с некоторым сожалением опустил ноги на пол, обмахнул кресло напротив пачкой бумаг, которые всё ещё держал в руке, и толкнул его навстречу посетителю. Кресло скрипнуло хорошо смазанными колёсиками и слегка ударило мальчишку по коленке.

– Ой!

– Говори. Только быстро. И по существу.

– Я хочу вам помочь. Если можно, конечно…

Краснеть и робеть было дальше уже некуда, и Боря, откашлявшись и сложив руки, начал говорить значительно громче.

– Я по поводу иностранных туристов, ну, Виктор Никифорович брал меня иногда помощником. Вот… Я хотел бы снова. С вами. Завтра, то есть…

– Так ты и есть тот самый Бориска?!

– Да.… А кто вам рассказал?

Катнувшись на своём замечательном кресле ближе к мальчишке, капитан Глеб сурово и пристально посмотрел ему прямо в глаза.

– Вопросы здесь задаю я!

Тот опешил.

– Да, хорошо… Я ведь только…

Не прекращая подробно рассматривать веснушки на щеках Бориски, Глеб коротко и отрывисто спросил.

– Женат?

– Не-ет! Нет, что вы…!

– Это прекрасно. Родители есть?

– Папа здесь, в Доме быта работает, парикмахер он. Мама…

– Как звать маму?

– Лида. Лидия Васильевна…

– Правильно. Как звать меня? Быстро отвечай, быстро!

– Вы…, вас…, про вас…, вы – капитан Глеб. Вы будете заниматься туристами, ну, которые в военных, в наших, переодеваются, за деньги…

Бориска сокрушённо опустил голову.

– Отчества вашего я не знаю.

– Принимается. Пока всё по плану. Ну, а скажи-ка мне, дружок, каким способом тебе удалось узнать, что ты мне нужен?! Как разведал, что сейчас я сижу именно здесь и завтра поведу маршрут? С Яном говорил? Ну! В глаза смотри мне, в глаза!

– Не скажу…

Доброволец взволнованно и дерзко теребил хорошо отутюженную штанину стареньких брюк.

– Не скажешь?! Мне?

Бориска помотал головой.

– Извините, я не могу.… Но это не Яник мне про вас сказал! Мы с ним давно уже не общаемся, я просто так, думал, что вам нужен помощник.… Ну, вот так. Вы уж простите. Меня…

Всяческая забава должна иметь свой правильный добрый предел.

Обижать славного мальчишку не входило в его планы, и капитан Глеб дружески хлопнул Бориску по согбенной спине.

– Это ты меня, приятель, извини за спектакль. Двигай сюда, к столу, располагайся поудобней. Кофе будешь?

– Нет… – Бориска был счастлив избавлением от строгих расспросов. – Я чаю лучше выпью. С вон тем печеньем, в красной коробочке которое. Виктор Никифорович меня всегда таким угощал.

Через десять минут все значительные военно-бытовые тайны посёлка были известны Глебу с микроскопическими подробностями.

Мальчишка очень скоро начал улыбаться, щурясь на него большими добрыми глазами, вовсю вольно отталкивался ногами, катаясь на кресле по кабинетику за добавками печенья и горячего чая, и говорил, говорил, говорил…

– Вы знаете, я вчера себе сухарную сумку купил, как у горных стрелков! Я в интернете нашёл такой магазин в Москве, они разным военным обмундированием торгуют, иностранным, старым даже! Заказал им сумку месяц назад, вот они мне и вчера прислали! Как раз! Как у норвежских егерей в точности! Теперь я хочу с папой посоветоваться и куртку ещё там же купить, американскую, спецназовскую, модель такая есть – М-65! Вы же видели такие куртки?! Знаете? А котелок, думаю, лучше всего брать из нержавейки, на две секции, маленький такой. Вы как считаете?

Считать ещё и чью-то походную посуду у Глеба пока не получалось.